Глава 10. "Большое путешествие"

Жан де А’Ква, баронет и массажист, построил себе замечательный домик, слишком большой для одинокого лягуша - а именно так называется лягушка мужского пола, вы не знали? А всё потому, что Жан планировал принимать в домике пациентов. К тому же, пациенты имели тенденцию накапливаться: скоро на приём к Жану нужно было записываться заранее - многие зверушки не умели писать, поэтому они просто рисовали себя на ближайшей берёзе.

    «Нет, ну это никуда не годиться!» - ворчал Жан, разглядывая эти иероглифы. «Белке - это, кажется, всё-таки белка - нужно на массаж. Бобры надорвали поясницы, таская брёвна, а ведь их целая бригада! Как же они все без меня справлялись?»

 

 «Ах, доктор Жан, как нам было плохо без вас!» -  проворковала куница, у которой была куриная слепота - с наступлением темноты она ничего не видела. А если покушать захочется посреди ночи - так даже мышку поймать нельзя, вот беда! Жан вздохнул и побрёл промывать кунице глаза целебным настоем. Провозившись с куницей, он уже приготовился до полуночи кипятить инструменты и бинты, как вдруг в дверь постучали.

На пороге стояла симпатичная лягушка. 

«Что с вами стряслось, дорогая?» - очень устало спросил Жан. «Я совсем здорова, спасибо, доктор! Я просто хотела…Мне так неудобно…ВАм нужна ученица?» - наконец выпалила Люси, собравшись с духом. Жан посмотрел на Люси. Потом на гору инструментов. И просиял.

 

 Скоро Люси поняла, что бегать туда-сюда — пустая трата сил: проще было устроиться в большом и удобном домике доктора Жана. Работы было очень много, потому что прослышав про заграничного и высокоучёного лягуша, в Волшебный лес потянулись обитатели соседних лесов и болот.Каждый день Люси узнавала что-то новое: они лечили копытца изящной лани и ухо покусанного пчёлами медвежонка, зашивали раны гордого вожака волчьей стаи и вправляли лапку маленькому ежу. 

          Однажды вечером Люси кипятила и прибиралась в операционной, а лягуш сидел под грибком и мурлыкал песенку на родном забавном языке. «Ах как я люблю твои мокрые зелёные лапки, твои милые выпученные глазки! - пелось в песенке. - Твоё хриплое кваканье рождает в моём сердце желание обнять тебя и не отпускать никогда!»  «А ведь и правда! - подумал Жан. - мне так приятно наблюдать, как Люси быстро и ловко делает что-нибудь своими миленькими лапками. Я никогда не видел у лягушек такой шёлковой изумрудной шкурки, как у Люси!»

Утром, когда Люси проснулась, она обнаружила у своей кроватки горячие круассаны и кофе, а в бутылочке из-под таблеток кальция стоял букет из кувшинок - признание в любви для любой лягушки. Но ведь болото было достаточно далеко! Люси соскочила с кровати и поскакала в комнату Жана - лягуш крепко спал, а его лапки были перепачканы тиной и дорожной грязью.

 

На свадьбу Жана и Люси сбежались, сползлись и прилетели почти все их бывшие пациенты, и конечно, жители родного леса. Полосатингс и Симон припозднились - они только что вернулись с далёкой фермы, от барана, который в свободное от еды время работал в кузнице. Баран сковал две простые, но изящные короны - как ни крути, Жан был баронетом королевских кровей, а Люси всегда мечтала выйти замуж за принца и ходить в настоящей короне. Мама Зайчиха испекла пятнадцать пирогов с разными начинками - конечно, ей помогали и зайчата, и прочие лесные жители. Бабушка Овечка и её внучата связали для докторов зимние медицинские халаты - белые и очень тёплые. 

 Пир был в самом разгаре, когда прямо посреди празднично украшенной Концертной поляны приземлился дирижабль - большой воздушный шар, пилотируемый тремя жабами. Главная жаба медленно сползла по верёвочной лесенке и проквакала - «Глубокоуважаемый мэтр Жан! Патриотическая ассоциация жаб и лягушек нашей общей родины добилась полного и окончательного запрета на поедание нас в ресторанах быстрого питания! А значит, в нашей прекрасной стране станет намного безопасней - ведь ужасные ловцы Мак’Квак-са уже не будут позорить её своими сетями и корзинами!» 

     Вот так и получилось, что Жан и Люси отправились в настоящее свадебное путешествие! На огромном зелёном дирижабле пролетали они над лесами и полями, миновали высокие горы,  и высадились на тёплом болоте в окружении лавандовых полей. И когда через пару дней Жан начал вздыхать и беспокоиться о своих пациентах, Люси закрыла ему рот маленькой лапкой в изящной перчатке - она решила, что до следующего новолуния они точно никуда не полетят!

Яндекс.Метрика